|
МЕДЛЕННОЕ ВРЕМЯ
Порой случается иное событие, порой ничего не случается, но чаще
день плывет, как горизонт вокруг бездвижной карусели,
следуя неровностям ландшафта - то вверх, то вниз. Мы наблюдаем,
болтаясь над родной землей: лишь металлические цепи качелей
в такие дни напряжены. Погода, настроение, остатки денег,
которые потратить следует, пожалуй, на сигареты, курагу и кофе.
Порою воздух кажется давящей крышей.
Порою в спазматическом припадке ты не в силах сделать ни шагу.
Порою день так и не наступает, хотя за утром, как всегда,
следует жаркий липкий комок безвременья, и влажный зной
тянется словно жила, словно безжалостная тетива лука
в руках мрачнейшего из ангелов - ангела смерти.
(Музыка, что при этом слышна,
достаточно прямолинейна, чтобы проникнуть сквозь слабую
бронь нашей кожи, и заставить вибрировать
на долгой и тягостной ноте сеть артерий и вен.)
Покой, который случается следом - всего лишь прохлада -
передышка уставшему телу: сердце все также молчит.
Вещи (к примеру, книги) теряют свое содержание и лучшее -
ни к чему не притрагиваться, ничего не касаться. Впрочем,
следы наших пальцев повсюду, хотя руки, казалось, бездвижны.
С этим ничего не поделаешь: такое время, лето, такое время.
Мысли блуждают в осенних туманах. Перед глазами
мелькают порой обрывки прекрасных строк. И все же
большее достается ушам: журчанье ручья,
скрытные певчие птицы (чьи голоса -
пожалуй, чуть монотонные, однообразные, но -
не для азиатского слуха)... Все это
в обрамлении прозрачной, словно кристалл, тишины.
Душа - спокойна, спокойна всегда - небо нас стережет
(пусть спят, пусть блаженствуют в укромном неведенье), и
каждый вечер (верней, конечно же, пять раз на дню)
в тишину отдыхающего предместья
озончи выкликает весть надежды,
которую ты волен услышать и принять или нет.
Тоска? Нет, просто зеленый чай (эликсир умиротворения),
льющий на мельницу здешних неспешных часов
живую и мертвую воду. Какая
на этот раз в твоей пиале, земляк?
|
